Всеукраинский общественно-политический журнал
О журнале
Подписка
Рекламодателям
Контакты

Последний номер

Netexchange.ru

Ukrainian banner network

   НАЗЫВАЯ ВЕЩИ СВОИМИ ИМЕНАМИ     

 

Люди государевы

«Зачем вам подорожная, хамы, - стеклянным голосом сказал Румата, - вы же все неграмотные!»
Братья Стругацкие. «Трудно быть богом»

Нет на просторах бывшего Советского Союза ни одного человека, который бы не слышал слова «милиция», и не знал бы, кто такой милиционер. А вот для гостей из-за рубежа гораздо привычнее слово «police». Это и понятно: согласно энциклопедии Брокгауза и Эфрона, «милиция – есть добровольное военизированное объединение граждан для поддержания порядка и помощи армии». Такому определению больше подходит «добровольная народная дружина», в которую записывались сознательные советские граждане, скромных преференций ради. Наша сегодняшняя милиция ведет свою родословную, с одной стороны, от рабочей милиции революционной поры, которую пришлось вводить вместо частично перебитых городовых, а с другой - от ЧОНов – частей особого назначения по борьбе с контрреволюцией и бандитизмом. Вначале эти части подчинялись ВЧК, но с окончанием гражданской войны, многие оставшиеся не удел кадры перешли в подчинение Народного Комиссариата Внутренних Дел. Таким образом, советская милиция с самого начала была частью репрессивного аппарата государства и оставалась таковой весь период компартийной власти. В ней навсегда отпечатался милитаризованный уклад: например, аналогичные армии чины и звания, централизованная структура и функции, которые в других странах исполняет, скорее, жандармерия.
После обретения Украиной независимости, в структуре МВД изменения произошли, но далеко не судьбоносные. Прежними остались и руководящие кадры, и способы, и методы работы. А главное – отношения между обществом и милицией остались, в общем-то, неизменными. Да, украинская милиция больше не является частью машины государственного подавления. Но также, как в советский период, встреча рядового гражданина с милиционером характеризуется одним неприятным качеством – непредсказуемостью. И нельзя сказать, что в этом исключительно вина правоохранительных органов. Просто в обстановке весьма вольного обращения с законом не только рядовых граждан, но и наиболее влиятельной части общества – политиков, бизнесменов, чиновничества – люди в серо-синей милицейской форме не могут быть святее Папы Римского. Они, также как и все бюджетники, были поставлены перед проблемой выживания, также (а, может, и более) подвергались развращающему влиянию неприкасаемого криминалитета. И все же.
В общественном сознании понятие «государство» у подавляющего большинства населения ассоциируется не с президентом, которого видели только «в телевизоре», не с невразумительным парламентом и даже не с чиновником, а именно с ним, конкретным Стражем порядка, которого видели все, и, которого многие даже знают по имени. Президент вещает где-то высоко в облаках, чиновник может иногда осложнить тебе существование, а вот поймать тебя за руку, задержать, принудить делать то, что ты не хочешь даже в твоей частной жизни, может только милиционер. В глазах обывателя лицо милиционера - это и есть лицо государства. И в интересах этого самого государства, чтобы собственное лицо не выглядело бы уродливым. Однако, даже при самом беглом анализе картина предстанет далекой от благостной. Для граждан независимой Украины участие правоохранительных органов в коррупционной или даже преступной деятельности, недозволенные методы дознания, невысокий культурный уровень работников милиции – факт очевидный и обыденный. И нельзя сказать, что это мнение полностью несправедливо, но оно не учитывает, что структуры правопорядка, это - не просто важнейшая часть государственного аппарата, а именно зависимая его часть. Милиция есть лишь инструмент в руках державы, и содержит она его плохо. Ни материальное положение, ни социальный статус милиционера не относит его к элите нации и даже не приближает. А ведь речь идет о деятельности тяжелой физически, вредной для здоровья и психики, а, подчас, и опасной для жизни. В большинстве стран, называемых цивилизованными, полицейские имеют средний уровень доходов, но к ним прилагается солидный пакет льгот, основная часть которых начинает действовать после выхода на пенсию, более раннюю, чем у остальных. Увольнение с позором за поведение, несовместимое со званием полисмена, автоматически ликвидирует льготы. Все эти меры закреплены законодательно и распространяются на семьи работников правоохранительных органов. У нас же - невысокая зарплата, отсутствие уважения общества, неуверенность в помощи и защите государства, особенно, в случае несчастья, это и есть та среда, в которой вынуждены жить и работать милиционеры. Поэтому высокая текучесть кадров, случайные люди в милицейской среде, коррупция не должны вызывать удивления. Это, скорее, беда, чем вина. К этому следует добавить еще один аспект, который картину, отнюдь, не упрощает. Аспект этот – политика. С момента обретения независимости не утихают разговоры о необходимости реформирования всей структуры МВД. Но все изменения оказались на поверку чисто косметическими. Много говорилось, например, о муниципальной милиции, о необходимости приблизить правопорядок к народу. Приводились примеры института шерифов в Соединенных Штатах, где шериф является центральной фигурой этого процесса, будучи и полицейским офицером, и демократически избираемым должностным лицом одновременно. Шериф заботится о порядке на вверенной ему территории, а жители заботятся о благосостоянии шерифа. Примерно также организована полиция городов и даже целых штатов. В распоряжении правительства находится лишь аппарат Федерального Бюро расследований, функцию жандармерии и МЧС выполняет Национальная Гвардия. Она же, кстати, еще и является организованным резервом армии. Эта система многократно доказала свою эффективность. Опыт доступен, принципы известны. Но, как говорится, чтобы ни проектировали советские инженеры, все равно получается автомат Калашникова. Нашим политикам показалось чрезвычайно подозрительным, что в Украине появятся силовые структуры, неподчиненные напрямую Киеву. Поэтому назвали внутренние войска, оставшиеся на территории Украины от СССР, Национальной Гвардией, довели ее численность до уровня, сравнимого с вооруженными силами, и подчинили… непосредственно президенту, а через некоторое время все вернули обратно. Фактическая ликвидация Государственной автомобильной инспекции – отдельная «песня». В этом судорожном телодвижении, последовавшем за «оранжевой» революцией, не было и капли продуманности, а заплатили за него своими жизнями тысячи наших сограждан. Да, структуры дорожной полиции, аналогичные ГАИ, существуют только на просторах СНГ, на Западе ничего подобного нет. Да, откровенное «альпийское нищенство» людей в форме отвратительно и страну не украшает. Но потребовалось всего несколько месяцев, и вся страна убедилась, что поведение гаишников на дорогах по сравнению с тем, что творят «вырвавшиеся из стойла» граждане, в особенности, на дорогих иномарках – это поведение светлых ангелов. Аварийность подскочила ровно вдвое, причем, в тяжелейшей, убийственной форме. Снова пришлось вернуться к исходной точке, попутно доказав в очередной раз безответственность украинской политики.
В принципиальной нереформируемости отечественной правоохранительной системы, возможно, существуют и положительные моменты. Милиция продолжает оставаться плотью от плоти народа и активно сопротивляется втягиванию ее в политические разборки. Вспомним милицейские кордоны вокруг Майдана, гвоздики в отверстиях щитов ОМОНа. Вспомним троих молоденьких гаишников, откручивающих номера у автобуса со спецназом МВД, направленным президентом в бурлящий Киев. Вспомним и лица самих спецназовцев, вполне благосклонно на то взиравших. Сравните эти картины с репортажами из Тбилиси ноября прошлого года, чтобы оценить разницу. Михаил Саакашвили, придя к власти, чуть ли не одним из первых указов разогнал прежнюю полицию и набрал на американские деньги совершенно новых людей. На площади перед парламентом они отработали свои деньги.
«Второе пришествие» полевого командира Майдана в кресло министра внутренних дел породило воспоминания об увольнениях, раздаче скромного количества наградных пистолетов друзьям и соратникам, не считая «песни о ГАИ». Как говорится в опере «Пиф-паф»: «Предчувствия его не обманули». В активе уже вновь испеченного министра - публичная драка и обещания удвоить милиции зарплату. Все пока находится, так сказать, в мейнстриме правительства национал-демократов. Однако, представляется, что есть вещи и поважнее зарплаты. Это, прежде всего, настойчивая и систематическая работа по восстановлению доверия между обществом и милицией. Повышение уважения к работе милиционера в глазах молодого поколения. Это искоренение гестаповщины из следственной практики. И, конечно же, принципиальная аполитичность правоохранительных структур. Только в этом случае рядовой законопослушный гражданин будет видеть в милиционере своего защитника и союзника, а не дубинку в руках власть имущих. А достойная зарплата, разумеется, этому не помешает.

Текст: Александр Карманов


Обложка журнала №025
Архив предыдущих номеров
2017 год:
0102
2016 год:
010203040506
2015 год:
0102030405
2014 год:
01020304
2013 год:
0102030405
2012 год:
010203
2011 год:
010203040506
2010 год:
0102030405
2009 год:
010203040506
2008 год:
010203040506
2007 год:
010203040506
2006 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2005 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2004 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06

  Укра?нськ_ 100x100

  Укра?нськ_ 100x100

Наши партнеры






META-Ukraine
Украинский портАл


 

Designed by Vladimir Philippov, 2005