Всеукраинский общественно-политический журнал
О журнале
Концертное агентство
Рекламодателям
Контакты

Последний номер

Netexchange.ru

Ukrainian banner network

              НАШИ ИМЕНА             

Подарок ко дню рождения

Стрелки часов встретились в верху циферблата и вытянулись, словно караульные для приветствия. По радио в кабинете Сталина и над ночной Москвой после короткой паузы тишины начал разноситься размеренный бой кремлевских курантов. Идея его трансляции Иосифу Виссарионовичу понравилась сразу. В спокойном ритме ударов колокола отчетливо прослушивались величие и державная уверенность нового времени, в которое вступает громадная страна. Он любил эту часть суток. Когда работа теряла шелуху будничной текучки и хорошо улавливалась вся сложная связь принимаемых решений.

Интересно, вспомнилось Сталину, вопрос о Жемчужной они уже рассматривали десять лет тому назад.

И тогда на его столе лежала папка материалов, подготовленных к предстоящему заседанию Политбюро. Он бегло просмотрел первые два десятка подготовленных проектов решений и стал внимательно

вчитываться, помнится, в пункт тридцать третий.

В бумагах он значился коротко: «О тов. Жемчужной».

Но ему-то было известно, сколько всего наворочено за такой короткой записью. И как она отзовется не только в головах тех, кому придется поднимать руки при голосовании за подготовленный проект, а и за пределами страны. Он-то прекрасно знал: никакие грифы секретности не мешают просачиваться слухам о том, что происходит в Кремле. Но в этот раз его интересовало другое. Что запоет завтра Вяча…

Так Полина Семеновна Жемчужная называла Молотова, когда они собирались семьями, чтобы отметить какое-нибудь событие или дату.

Сталина всегда коробило такое мещанское сюсюканье между этой парой. Как и то панибратское - Коба, которое Молотов, – единственный из всех его соратников, позволял себе до сих пор использовать при обращении к нему в узком партийном кругу.

Он давно недолюбливал самоуверенную и красивую жену главы своего правительства. Всегда считал, что женщина должна знать свое место в семье. Особенно, если муж на виду. Ей не нужно лезть в политику и во власть, а если хочется – пусть главенствует в постели. Это еще полбеды. У Молотовых же этих разграничений не было. Полина и его Наде голову заморочила. В том дурацком выстреле, оборвавшем ее жизнь, тоже немалая роль шибко умной Жемчужной…

Тогда заготовки Берии Сталину не понравились. Проект решения был сделан топорно, по-милицейски прямолинейно. Видно у Берии, возглавившего НКВД недавно, еще не хватало опыта. И он начал чёркать листок, заменяя категоричные эпитеты, открыто характеризующие Полину как врага народа, на более мягкие. Вместо «предательство», написал - «неразборчивость в связях». Потерю партийной бдительности заменил на неосторожность и неосмотрительность.

Сталина не только сердило, но и хотелось понять, что скрыто за такими оплошностями: врожденная тупость Лаврентия, или скрытое желание лишний раз подставить его и засветить как узурпатора? Разве до него не доходит, какую шумиху в стране и по всему миру поднимут евреи? Что лучше спустить скользкое дело на тормозах…

Хватит с него Калинина и Поскребышева. Так недалеко и до перебора. Но этими управлять было гораздо проще. Их любимыми женами стали власть и высокие посты. У Молотовых же семья строится на другом. Упрямый вятский мужик и теперь, даже на первых должностях в правительстве, как мальчишка теряет голову от жены. Готов плясать под ее дудку. Сколько раз в тридцать шестом с ее подачи просил не выносить на открытый суд дела Каменева и Зиновьева. Понимал, что в таком случае тем – крышка. Сталин хорошо помнил: Молотов отстал только после того, как он пошутил, что на скамье подсудимых еще есть и свободные места…

Десять лет тому назад Вячеслав Михайлович, когда обсуждался вопрос по его жене, все время молчал. Но оказался единственным членом Политбюро, не проголосовавшим за предложение освободить Жемчужную с поста наркома рыбной промышленности.

Теперь же дела обстоят покруче. Ей светит не понижение в должности, а ссылка.

Интересно, как поведет себя завтра его заместитель и министр иностранных дел, главный дипломат страны. Влюбленные, как дураки. От них можно ждать всякого. В любом возрасте….

I I


В отличие от других супружеских пар членов ЦК, у них не было тайн друг от друга. Полина Жемчужная первая узнавала о вопросах, обсуждаемых в самых верхах. Но привыкла за годы жизни в Москве держать язык за зубами. О предстоящем заседании Политбюро Молотов тоже рассказал ей. Невнятно намекнул, что Сталин готовится обсудить еврейский вопрос. Она давно чувствовала, что тот поджидает повода, чтобы расправиться с ней. Десять лет тому назад они с Вячей отделались, можно сказать, только испугом. Сейчас ситуация явно не в их пользу. После подготовленного убийства Михоэлса и шумихи, поднятой вокруг еврейского антифашистского комитета, да и по интонации мужа, сообщившего ей это известие, она отчетливо почуяла неладное. Но больше всего ее пугало то, как предупредительно начал здороваться с ней в последнее время при встречах Лаврентий Павлович…

Ведь ему, как и Сталину, известна об их семье каждая мелочь. Вспомнилось, как еще при жизни Нади, их пригласили отметить день рождения Светланы. После тоста за именинницу пили поочередно за всех присутствующих. Сталин, когда очередь подошла к Полине, тост произнес на грузинский манер. Долгий и вычурный:

- Давайте поднимем бокалы за сидящий с нами прекрасный кристалл…

- И сделал длинную паузу, глядя на Молотова и Полину. Он всегда говорил с расстановкой, чтобы оттенить самое главное. – Нет, я перевел на русский совсем правильно… Не за Жемчужину, а за настоящий кристалл среди всех женщин правительства и нашей страны. Хочу, чтобы все вместе пили до дна…

Тогда мало кто уловил подводный смысл сказанного Сталиным. А она ухватила сразу. Ее истинное имя на еврейском звучало как Перл. На иврите и английском так назывались жемчужины, драгоценности. Значит, Кобе уже тогда хотелось показать, как основательно он изучил прошлое своих соратников. Знает истоки псевдонимов даже их жен. И кому известно, как эти знания Генералиссимус применит сейчас, когда решил порвать отношения с Израилем?

Обычно заседания Политбюро заканчивались с рассветом. Полина повесила в умывальнике чистое полотенце на видном месте и отправилась прикимарить.

Эту привычку обязательно мыть дома лицо после встреч со Сталиным они завели в семье давно, еще до войны, после ее командировки в Николаев. Тогда она только приступила к обязанностям начальника главка парфюмерной промышленности страны и поехала знакомиться с двумя самыми крупными фабриками, работавшими в том городе, - стекольной и парфюмерной. Полина любила при малейшей возможности посещать Украину. Ведь ее детство промелькнуло в маленьком екатиринославском местечке. В Запорожье, на краевой конференции работниц табачной промышленности она впервые увидела Вячу... И такие командировки на юг страны возвращали ее в молодость. Но та поездка в Николаев запомнилась совсем другим. Там начальником планово-экономического отдела стекольной фабрики работал Моисей Львович – невысокий медноволосый еврей. Ненавязчивой обходительностью, старательной культурой русской речи, сквозь которую просачивалась интеллигентность и одесская интонация, а, главное, доскональным знанием своего дела, он напоминал ей чем-то родного отца. Тот тоже почти без акцента говорил на русском, украинском и считался лучшим портным во всей округе.

Моисей Львович ежеквартально бывал в главке с отчетами. В отличие от других периферийных начальников, привозимые им документы всегда были оформлены образцово. В тот приезд в Николаев она несколько часов вместе со специалистами из других заводов, включенными в комиссию, тоже придирчиво прокопалась в отчетных папках стекольной фабрики и осталась довольной. Отчетные и фактические данные сходились бубочка к бубочке. На радостях, когда они оказались в кабинете уже только вдвоем, Моисей Львович неожиданно пригласил ее к себе в гости после работы.

- Полина Семеновна, умоляю вас, предоставьте нам с Мирочкой радость, - стал по-старомодному выпрашивать он ее согласия. И добавил: - Сделайте нам нахыс1 на всю жизнь…

А оказалось, что удовольствие от незапланированного визита получила она сама. С первых минут прибывания в чужой семье сразу окунулась в то облако блаженства, которым окружают себя счастливые пары.

Умница Надя не раз повторяла, что любовь должна осчастливливать не только двоих. Если она настоящая – то согревает и окружающих.

Однажды, после очередной ссоры со Сталиным, в порыве откровенности Алилуева выпалила:

- Ты не можешь представить себе мой ужас… Он же не человек… Для него не существует ничего святого…

Это неожиданное признание тогда даже испугало Полину. Но их дружба после того только окрепла. Стали понятны и причины враждебности Сталина к ее семье. Все ревнивые и не догретые женщинами мужчины страдают от семейного счастья других.

Пребывание у счастливой пары немолодых николаевцев запомнилось еще и такой деталью. Хозяйка, перед тем как пригласить за стол, подвела ее к рукомойнику, подала приготовленный расшитый рушник. Глядя, как московская гостья отряхивает вымытые руки, она тихонько посоветовала:

- Помойте лицо… не бойтесь… Я дам хороший крем и пудру… Меня еще бабушка научила: за столом и в постели красивым женщинам нужно быть только с чистым лицом… Чтобы не занести грязи в семью с поганых глаз….

И они обе рассмеялись как заговорщицы. Хохотал и Вяча, когда она поделилась с ним советом николаевской Мирочки. Но почему-то тоже начал прикладываться к полотенцу при возвращении с ночных заседаний…

Вернулся Молотов, когда за окном уже вовсю разгорелось утро. Вместо традиционного поцелуя он сразу же прошел в свой кабинет. Когда вошла Полина, тот все еще стоял посредине комнаты, повернутый к ней спиной с незнакомо опущенными плечами.

Она побоялась подойти к нему ближе и только спросила в приоткрытую дверь:

- Случилось что-то серьезное?...

Он повернулся, сдернул с носа пенсне и заговорил чужим голосом:

- Оказывается, я давно живу с израильской и английской шпионкой… Которая сплела сеть в моем доме и у себя в главке… Ради своих сионистских интересов она продала нашу партию и страну…А я все эти годы проявлял политическую близорукость…Не разобрался, что имею дело с врагом народа…

Полина увидела как глаза мужа, ставшие без очков совсем маленькими, вдруг начали увеличиваться.

- И ты стерпел эту чушь? … Ты не плюнул им в морду, Вяча?...Ты опять промолчал…, - закричала Полина и, придерживаясь за дверь, начала оседать к полу…

I I I

К старости время сжимается. С утомительной медлительностью оно тянется в детстве. А позднее скорость его движения колеблется в зависимости от обстоятельств, в которые попадаешь. До сих пор Вячеславу Михайловичу отчетливо помнится его растянутость, когда пришлось жить без Полины. По сталинским меркам, срок небольшой – меньше одной пятилетки. Но и теперь, спустя много лет, эти тридцать девять месяцев помнятся вечностью. Зато как быстро залистались годы после ее возвращения из ссылки. А с ее кончиной дни опять приобрели бесконечность. Сейчас, хотя дети и отметили его девятый десяток, ему показалось, что и они тяготятся растянутостью его жизни.

Теперь он уже почти ничего не читает, а чаще всего мысленно листает прожитое. И каждый раз почему-то крутится вокруг тех памятных событий, которые предшествовали аресту и возвращению Полины…

В сорок девятом, за несколько месяцев перед Пленумом, из ведомства Берии дали задание всем работникам его аппарата срочно заполнить новые личные анкеты. Он всегда с брезгливостью выполнял такую работу. Особенно раздражал раздел, в котором надо было рассказывать о родне, проживающей за границей, обязательно перечислять, с кем поддерживаешь переписку сам или твои ближайшие родственники. У Полины две сестры и куча племянников еще в начале революции подались в Палестину, сейчас они расползлись по всему свету, и ему приходилось несколько раз уточнять их фамилии, имена и места проживания. Ощущение, будто голым проходишь осмотр перед медсестрами, ему помнится до сих пор. Но тогда он еще не догадался, с чем связано такое задание. Это теперь, после доклада Хрущева, раскрытия всех документов партии многое прояснилось и видится по-иному.

Мы всегда сильны задним умом. А в то время он отлично знал: главное - не высовываться. Поэтому у него многие годы была только одна цель. Переиграть Сталина, чтобы сохранить жизнь себе и своим близким. Политбюро, ЦК и вся страна превратились в театр. Когда зрители, затаив дыхание, следят за гениально поставленным действием. Артисты же повторяют слова хорошо заученных ролей. Для них главное – угодить режиссеру…

И, что бы ни говорили сегодня, а Кобе так и не удалось сломать и затоптать чувства его и Полины.

На даче у Берии, когда жена уже была в ссылке, а его заставили официально оформить развод, он впервые вслух произнес свой троекратный тост, который потом повторял и при других случаях. Сталин дал ему слово, он поднялся с бокалом шампанского, и, пошатываясь от выпитого, громко прокричал:

- За товарища Сталина! За Полину! За коммунизм!

Наступившую тишину разорвал сам Сталин. Он тоже поднялся с бокалом:

- Вячеслав Михайлович, прошу тебя, как друга…

И сделал свою многозначительную паузу. - Ты всегда называл меня Кобой… Я тебе разрешаю так говорить всегда…

Те полупьяные аплодисменты он часто слышит во сне и сейчас. Как и крик Полины, падающей в его кабинете в то утро после Пленума.
А девятого марта, когда после похорон Сталина топтавшиеся на трибуне мавзолея принялись поздравлять его с днем рождения, он коротко бросил Берии:

- Отпусти Полину… Сделай мне подарок…

Вечером жену привезли домой…

После того, как дети собрались на его недавний юбилей, когда он увидел улыбающиеся умные физиономии внука и правнука, с отпечатками черт Полины и его собственных, еще раз отчетливо понял, как все-таки правильно тогда действовал. Пусть много лет, подобно акробату, ему приходилось ходить по тросу, натянутому под куполом цирка. Один опрометчивый шаг - и ниточка жизни, которую они с Полиной даровали пришедшим в их дом, могла бы оборваться. Он же сохранил цепочку, не дал ее перервать.

А пережитые им страхи и позор он скоро навсегда заберет с собой. Пусть оставшиеся разбираются cо всем этим сами…

Текст: Илья Стариков

Обложка журнала №041
Архив предыдущих номеров
2017 год:
0102030405
2016 год:
010203040506
2015 год:
0102030405
2014 год:
01020304
2013 год:
0102030405
2012 год:
010203
2011 год:
010203040506
2010 год:
0102030405
2009 год:
010203040506
2008 год:
010203040506
2007 год:
010203040506
2006 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2005 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2004 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06

  Укра?нськ_ 100x100

  Укра?нськ_ 100x100

Наши партнеры






META-Ukraine
Украинский портАл


 

Designed by Vladimir Philippov, 2005