Всеукраинский общественно-политический журнал
О журнале
Концертное агентство
Рекламодателям
Контакты

Последний номер

Netexchange.ru

Ukrainian banner network

              СТРАНИЦЫ ЖИЗНИ             

Бои Александра Маринеско

Только в том январском походе его подлодка отправила на дно два фрицевских судна, тоннаж которых составляет больше половины того, что было уничтожено за годы войны на Балтике всем советским подводным флотом… Даже болвану ясно: такое не на одну звезду Героя тянет. А ему за тот «штрафной» поход в знак искупления вины только орден Красного знамени к прежним добавили… Такие награды в последние годы у каждого командира в каютном сейфе лежали… Чтобы оперативно, не дожидаясь решений Москвы, вручать отличившимся…

Но, главное, ребята из его команды не смогли получить награды выше своего капитана. Она задавала планку и для его подчиненных. Какой бы героизм ни проявляли. Получалось, на них, безвинных, чиновники из штаба флота отыгрывались за его поведение …

Уравниловка и несправедливость Маринеско всегда раздражали… Со школы запомнилась не раз слышанная фраза: мол, слишком многое он себе позволяет… Командиры флотов, как и учителя, тоже хотели, чтобы все капитаны лодок ходили в ногу и шеренгами. Но жизнь и война - не плац для строевой подготовки. Он и тогда уже знал твердо - в море и на берегу позволяют себе более других те, кто больше умеет и может… Говорят, нельзя допускать беспредел. Но у каждого свои возможности и пределы. Кто знает ту грань, за которой начинается беспредел?...

Поэтому еще с мореходки он не терпел муштру и хождение строем… Его бесило, если вчерашний сослуживец после появления очередной лычки или звездочки на погонах начинал сквозь зубы разговаривать с недавними однокашниками.

С теми командирами и начальниками, которые понимали его, всегда складывались нормальные отношения. Но с теми, кто стриг всех под машинку, они не выстраивались… Поэтому никогда и не рвался во флот военный. Как и большинство одесских мальчишек, взлелеянных у моря, он видел себя только капитаном дальнего плавания. Почему выбрал море? Наверное, эта стихия больше всего соответствовала его характеру…

Ему до сих пор часто снится тот первый шторм в Черном море, когда они, еще второкурсники мореходки, вышли в плаванье на учебном паруснике «Товарищ». Шквалы неожиданного ветра оказались опасными, и капитан дал команду свернуть часть парусов. В отличие от других салаг, Маринеско быстро схватил зависимость: кто выскакивает на палубу первым – тому лезть на самый верх. Но и в ту ночь он не стал сачковать. Александр раньше других вскарабкался на мачту до верхней брам-реи. Придерживаясь за леер, прошел к ее самому краю. Там на торце торчал бугель – небольшое кольцо, за которое с помощью снастей предстояло привязать и утихомирить парус. Тот бился под порывами ветра, словно в истерике.

Шхуна резко накренилась. Александру показалось, она зачерпнет мачтой волну или от злости сбросит его в пучину. Он удержался и все-таки сумел завязать узел на бугеле. Как утихомиренное животное, судно начало медленно и благодарно выравниваться… Чтобы завалиться на другой бок. Но теперь юнге было уже не страшно…

Именно тогда он испытал этот наркотик - опьянение морем и полной свободой. Когда человек меряется силами со стихией. И особенно остро ощущает свои безграничные возможности, головокружительную радость от собственного профессионального мастерства. Разве не этот извечный алкоголь неизведанного кружил головы капитанам, уходившим в своих утлых суденышках на край света в надежде увидеть неизведанные страны?

Командиры Маринеско, хорошо знавшие его человеческие и офицерские качества, часто ломали головы и мучились вопросами, что же тянет к нарушению дисциплины и выпивкам толкового капитана. Почему, обладая завидной выдержкой, ему не под силу частенько сдержать себя. А он и сам тогда не мог толком на них ответить. Смутное недовольство постепенно накапливалось где-то внутри и неудержимо прорывалось наружу, как после перебора спиртного…

Вчера почтальонша опять притаранила кипу корреспонденции и посылку от адмирала флота Ивана Степановича Исакова. Недавно по центральному телевидению прошла передача о том, как он потопил легкий крейсер «Генерал Штойбен» и лучший немецкий лайнер «Вильгельм Густлофф». Тот перевозил в Германию подготовленных в учебном центре Данцига будущих командиров подводных лодок. Ведущий упомянул и про то, что нынешней его пенсии не хватает даже на лекарства. Теперь совсем незнакомые со всех уголков страны шлют не только письма, но и переводы…

Адмирал в посылку вложил немецкие и английские журналы про его атаки. Сообщил, что совет ветеранов-подводников Балтики готовит обращение в правительство. Они просят пересмотреть несправедливый приказ о его награждении и наказании. Даже Валюха пошутила недавно…Мол, за два года, которые прожили вместе, не догадывалась, какого героя отхватила в мужья…Он же ей про свои награды и войну – ни гугу… И сейчас не желает собирать милостыню по миру. Особенно теперь, когда догадался о диагнозе мучающей болячки…

Человека больше всего обижает и ранит недоверие. Если не доверяет друг или знакомый, незаслуженную подозрительность можно развеять своим поведением. Но как быть, если в тебе сомневается родная страна? Александр с недоверием встречался неоднократно. Причем, с детства…

Его отец - умелый румынский рабочий со строптивым характером - Иоанн Маринеску рассказывал сыну, как служил кочегаром на военном судне. И повздорил с офицером из-за несправедливых придирок и оскорблений. В гневе чуть не сжег того в топке. И вынужден был искать спасения за границей. Поэтому еще в годы первой мировой войны перебежал в Россию. Чтобы жить по справедливости в стране Советов, где власть завоевали рабочие и крестьяне. Женился на украинке и, как объяснял сыну, для удобства подправил фамилию и имя на местный лад. Вместо обычной для румын буквы «У» в конце фамилии появилось «О».

В молодой одесской семье родился Александр, который из Иоанновича стал Ивановичем. Но даже и в этом городе, где подобно винегрету смешались разные нации и народности, мальчишки родной Софиевской улицы из-за звучной фамилии быстро приклеили ему кличку «Румын». Пока Александр нескольким пацанам не надраил морды…

На улице все строилось проще. А в Ленинграде, на курсах, готовивших командиров подводных лодок, летом тридцать восьмого его почему-то без всяких объяснений отчислили из училища. Хотя считался одним из лучших курсантов и был направлен для учебы по комсомольской путевке. Он-то не особенно рвался в военный флот. Поэтому не стал докапываться до причин отчисления. Хотя от обиды зарубка на душе осталась. Но через короткое время его неожиданно восстановили на прежнем курсе. Такое в те годы в стране случалось не часто. Корреспонденты, которые в последнее время стали интересоваться подробностями его автобиографии, спотыкались на этом непонятном факте. Александр в ответ пожимал плечами. Так как сам мог только догадываться о причине таинственного зигзага…

Отчисление с курсов закрывало возможность плаванья на солидных судах, курсирующих по разным странам. А значит – летели вверх тормашками все его планы на будущее. С досады, чтобы притушить отчаянье, Маринеско вечером зашел в ресторан. С того времени и начал периодически прибегать к этому средству. В тот раз рядом с ним приякорился незнакомый мужчина. Через некоторое время два подвыпивших здоровенных хмыря почему-то начали с ним задираться. Александр в таких случаях никогда не отчаливал в сторону. Короче, из ресторана они с незнакомцем вышли уже корешами. Прощаясь, тот протянул руку, назвал свою фамилию. Маринеско свою.

- Случайно не Александр?

На вопрос, как тот догадался, незнакомец ответил, что фамилия очень редкая…Он только недавно на работе встретил такую же…

Еще один случай свел их уже в сорок пятом. В особом отделе штаба флота, где закрутилось его дело о самоволке в новогоднюю ночь…

Но если разбираться всерьез, то ЧП, которое стало роковым в его жизни, тоже произошло не случайно...

С Ниной - первой женой он познакомился еще в Одессе, почти мальчишкой. Во время учебы в мореходке. Когда направили в Ленинград на курсы офицеров, они были уже расписаны. Строгая армейская жизнь, куча новых семейных обязанностей в чужом городе быстро развеяли туман первого чувства. Не помогло и рождение дочери. Основную часть времени теперь пришлось отдавать службе. Команда подводной лодки стала второй и, пожалуй, главной семьей. Короткие пребывания дома. По утрам дежурные, быстрые и звонкие - чмок- чмок-чмок с женой. Как чеканка монет. Заучено и без особых чувств… К началу войны, по сути дела, семьи уже не было. Для сохранения первичной прелести поцелуев, видно, нужно не только часто их повторять… Уже тогда ему доставалось крепко по партийной линии. Сколько раз приходилось слышать про долг, долг и долг… Но он ничего ни у кого не одалживал…

Что такое семейная жизнь и какую роль в ней играет женщина, он разобрался только после второй женитьбы. Счастье длилось не долго. И вообще, разве оно бывает длительным?

После увольнения из флота Александру пришлось работать заместителем по хозяйственной части директора одного из ленинградских НИИ переливания крови. Его щепетильная честность и бескомпромиссность стали поперек горла вороватому директору. Чтобы избавиться от принципиального демобилизованного офицера, тот подставил своего зама, плохо разбиравшегося в коммерческих хитросплетениях гражданской жизни. И Маринеско за разбазаривание социалистической собственности на три года загремел в таежные лагеря возле Ванино…

Пару лет они с новой женой регулярно переписывались. Но письма, как мороженое, жажду не утоляют… Они только распаляют ее… Даже сильной любви не всегда под силу длительная разлука …

Теперь больше года как он живет со своей Валей. Тоже ставшей ему женой. Она-то и приоткрыла новое, пожалуй, самое главное предназначение любимой женщины… Их роль подобна эскадренным миноносцам – беречь от всяческих мин, торпедных атак и возможных неприятностей линейные корабли - главную боевую силу флота. В некоторых странах, узнал он недавно, для этого в конструкции эсминцев даже предусматривались специальные отступления. Занижалась высота междупалубного пространства. Бытовые условия создавали похуже ради экономии мест для пушек. Чтобы корабли успешней справлялись со своей главной функцией – обеспечивать жизнеспособность линкорам. Таким жизненным эсминцем, который оберегал теперь его на каждом шагу, и стала для него вторая Валя…

А еще ему в жизни встретилась Татьяна. Позднее, ту единственную их новогоднюю ночь и все происшедшее между ними, он называл смерчем…

В конце сорок четвертого командование Балтийского флота и весь личный состав уже чувствовали скорое приближение конца войны. Поэтому не проявляли шибкой прыти в организации и проведении походов подводных лодок. Никому не хотелось лезть на рожон. Понимали: сухопутные армии и так доконают фашистов…

Плавбазу подводных лодок вместе с ремонтными мастерскими тогда перебросили из Кронштадта в Турку - тихий городок в самой юго-западной точке Финляндии. Матросы в свободное от вахт время наводили марафет на корпусе корабля, поцарапанном тросами плавучих мин. Между ними часто приходилось пробираться в Финском заливе его «С-13».

Неполная занятость на подводной лодке выматывала больше походов. И матросов, и офицеров. Чтобы хоть как-то дать возможность команде расслабиться, Александр решил новый год встретить в городе. Знал: отсутствие командира на корабле – уже негласное послабление ребятам. Пусть соберутся по своим кубрикам, сообразят к бою курантов, кто во что горазд…

После блужданий по притихшему городку с непривычными узенькими улочками, к вечеру он пришвартовался в ресторанчике небольшой гостиницы.

Финны еще за неделю перед новым годом начинают отмечать Рождество. И тогда всеобщая умиротворенность наступивших праздников осела в полупустом принаряженном зале. С небольшой елкой в углу. С сосновыми веточками на стенах. Два знакомых офицера увидели Александра, радостно потеснились за своим столиком. Он достал припасенную фляжку со спиртом. Компания оживилась. К столу пригласили и двух официанток, скучавших в углу. Те вначале жеманно отнекивались. Ближе к полуночи осмелели. С русским языком у них было туго. Но тосты понимались и без перевода. За - Гитлер – капут!.. За – победу!.. За - мир во всем мире!..

Женщин попросили запеть. Те начали робко на финском. Потом вместе с мужчинами уже громче перешли на «Катюшу». На шум вышла хозяйка гостиницы. Она оказалась молодой и красивой. Да еще и имя совсем свойское – Таня. И говорила по-русски почти без акцента. Только иногда на свой лад перестраивала смысл и звучание привычных фраз.

Маринеско заметил, как неторопливо взгляд ее больших голубых глаз пересчитал собравшихся. И для ровного счета она присела за их столик. Сразу же уловила стержень компании и кто в ней за старшего. Выбрала место рядом с Александром. Под ее нарядной блузкой даже при легком повороте туловища как два небольших буя соблазнительно покачивались груди…

В разговоре между тостами выяснилось: первый муж Тани скончался от ран, полученных в годы еще той, мировой войны… Сейчас у нее есть жених, с которым она недавно поссорилась… Он обещал к Новому году приехать, но, видно, забыл…

- Как это будет сказать по-русски, господин офицер, - приветливо улыбнулась хозяйка, - память девочки…Правильно?....

И чуть позже неожиданно сама предложила ему подняться на верхний этаж в свои апартаменты.

- У финнов в хороших семьях, сейчас, - шутила Татьяна, - все муж и жена как стрелки на часах – сближаются… Так говорить по-русски?… Нет, крепче будет сказать – сливаются… Правильно? Чтобы быть вместе…

Александр уточнил, не боится ли она неожиданного возвращения жениха. Хозяйка ответила вопросом:

- Разве на улице и в ресторане нет больше места?....

В свою очередь и она поинтересовалась, не боится ли офицер оставаться на всю ночь с иностранкой. Он тоже отмахнулся вопросом:

- Наверное, в твоей спальне не страшнее, чем под водой?....

Утром, уже прощаясь, Таня благодарно пошутила:

-Теперь мне понятно, почему ты побеждаешь немцев…

Через много лет, когда во втором браке у него родилась дочка, он назвал ее Таней…

На плавбазе под утро подняли переполох из-за исчезновения капитана на ведущей боевой единице. Командованию быстро стало известно, где и с кем его видели вечером. Из штаба пришла телефонограмма об аресте. В особом отделе Александру приказали написать подробную объяснительную. Его допрашивали несколько раз. Особенно интересовались, откуда ему знакома хозяйка гостиницы. Нет ли у нее и у него родственников в Румынии или в других странах… Заставили расписаться на каждой странице …

В то январское утро лодкам, дежурившим в Турку, поступило срочное задание выйти в море. В районе Кенигсберга почему-то сильно оживился немецкий флот. Адмирал, командовавший дивизионом, предложил начальнику особого отдела дать возможность Маринеско доказать делом свою преданность в предстоящем походе. И, как позднее сам признался, Александру здорово повезло. Начальник особого отдела неожиданно принял его предложение… Такой сговорчивой, удивлялся командир, руководство той службы бывало не часто… Адмирал ничего не знал о неожиданной встрече в одесском ресторане…

Поэтому быстрый январский выход в море и те удачные атаки Александр для себя всегда называл «штрафными».

Когда акустик ему доложил, что слышит шум приближающегося крупного судна, Маринеско задрожал от радости. Подобное случалось с ним на рыбалке, если по поклеву рука чувствовала крупную рыбу. А ожидание удачи смешивалось с опасностью ее упустить.

По характеру шумов и скорости их перемещения он догадался: судно гражданское. Они у предусмотрительных немцев в одиночку не ходят. Значит, поблизости находятся корабли охранения. Опытный немецкий капитан прижимался к берегу, чтобы с моря его прикрыли сторожевики и собственные подлодки. Поэтому Маринеско для атаки решил заходить от берега. Когда лодка всплыла, и в перекрестие визира ночного прицела Александр увидел громадное туловище корпуса судна, от радости, перехватившей горло, он даже чуточку задержал команду на пуск торпед. И некоторое время продолжал двигаться прежним курсом. Только когда услышал грохот трех взрывов, скомандовал срочное погружение. Так и не узнав, в кого угодили торпеды…

С годами, уже после войны, по голосам радиопередач зарубежных станций, по переводам статей из немецких и английских газет, журналов, он узнал про «Атаку века». Так иностранные журналисты окрестили его боевую удачу. Позже ему прояснилось и другое. И кого он отправил на дно. И почему лайнер носил такое имя.

Оказалось, Вильгельм Густлофф был лидером национал-социалистов Швейцарии. В знак отмщения за погромы и массовые убийства, которые учиняли фашисты во многих странах Европы, еврейский студент застрелил Вильгельма. Но это событие лишь подбросило топлива в разжигание антисемитизма. В 1937 году, на одной из верфей, по заказу германского правительства заканчивалось строительство очень крупного десятипалубного круизного лайнера. Авторы проекта хотели назвать его именем фюрера. Но Гитлер воспротивился и предложил другое…

На спуск прибыла вдова погибшего лидера. По традиции корабелов ее назначили матерью новостройки. В киножурналах, газетах замелькало счастливое лицо женщины, разбивающей бутылку шампанского о борт судна. А оно через восемь лет, переполненное пассажирами, отправилось на дно моря. Судьбы людей и их творения Господь перевязывает на свой лад…

Тогда же, после войны, Александр узнал, что «Густлофф» унес с собой около десяти тысяч жизней. Такого количества погибших на море с одного судна мировая история прежде не знала. Среди утонувших были не только фашистские офицеры, которых подготовили для службы в подводном флоте, но и раненые, гражданские жители, убегавшие от наступающей Советской Армии. И их дети. Зарубежные журналисты особенно старались описывать кошмар гибели в ледяном крошеве моря маленьких пассажиров…

А разве есть хоть капля его вины в происшедшем? Если у целого поколения продуманно выхолащивается ужас перед уничтожением чьей-то жизни. Помнится глупая мальчишечья гордость, если посланные им пули, дырявили черный силуэт мишени в школьном тире. Поощрительное, почти отцовское похлопывание по плечу военрука за достигнутые успехи…

Позднее, на офицерских курсах во время учений они выпускали торпеды и топили не конкретные суда с их экипажем и командой, а заменяли все обезличенными понятиями – цели противника…

Поэтому сам Маринеско никогда не считал потопление «Густлоффа» своей главной военной удачей. И старался о ней умалчивать. Хотя в том же походе через несколько дней, после четырех часов преследования потопил еще одно судно, с которым ушло на дно более четырех тысяч фашистских военнослужащих. Командир бригады подал рапорт на представление его к званию Героя Советского Союза. Но командование флота посчитало, что проштрафившемуся офицеру достаточно награды и послабее…

А что может ломать человека больше, чем отсутствие должного чувства гордости за достигнутую победу? Не случайно во всем мире матерям, чтобы воспитать достойную личность, советуют поддерживать и одобрять даже малейший успех своего ребенка…

И вообще, твердо был убежден Маринеско, главный закон всякого общества – сохранение соответствия. Между сделанным и полученным. Человек чувствует себя счастливым, если от государства, родных и любимых получает столько же, сколько отдает им сам.

После той знаменитой атаки у него и участились загулы. Командующий флотом считал: в море все держится на дисциплине… И не понимал, что нередко человек подчиняется не командиру, а своему характеру…

Четырнадцатого сентября 1945 года нарком ВМФ, адмирал флота Николай Кузнецов после очередного срыва подписал приказ: отстранить капитана третьего ранга Маринеско от занимаемой должности и понизить в воинском звании сразу на две ступеньки - до старшего лейтенанта…

Вся же нынешняя баланда, которую в последнее время подняли по телеканалам и газетам о необходимости восстановить справедливость, установить ему достойную пенсию, присвоить Героя, его теперь совсем не греет. Диагноз болячки прояснился и с каждым днем подтверждается все отчетливей. Все хорошо к своему времени… Жаль только, что многое понимается поздно. Если же говорить о благодарности, то самую большую благодарность он вынес бы сегодня своей Вале. За ее беззаветную бережливость к нему…

х х х

Сейчас мы становимся свидетелями того, как запросто присваиваются и отменяются звания Героев. Подобно одежде к очередному политическому сезону. Как-то забывается, что право на подобное принадлежит только народу и времени. И если оно нарушается, История не прощает таких ошибок, раньше или позже, но все равно восстанавливает справедливость…

Уже на закате великой державы, только через двадцать семь лет после кончины командира знаменитой подводной лодки, 5 мая 1990 года Маринеско все же было присвоено звание Героя Советского Союза. Но и до сих пор нет однозначной оценки значимости свершенного им подвига. Да и самой личности капитана субмарины с несчастливым тринадцатым номером. Для одних он – образцовый смельчак. Для других – бездумный вояка, слепо выполнявший приказы и загубивший тысячи безвинных людей…

Только Бог знает, почему ровно через десять лет после подписания Николаем Кузнецовым унизительного приказа о лишении сразу двух воинских званий и отчислении из ВМФ боевого капитана третьего ранга Александра Маринеско в звании старшего лейтенанта, появился и такой приказ:

о понижении в звании тоже на две ступеньки того же прославленного адмирала Кузнецова с припиской - «без права работать во флоте»…

Текст: Илья Стариков

Обложка журнала №046
Архив предыдущих номеров
2017 год:
0102030405
2016 год:
010203040506
2015 год:
0102030405
2014 год:
01020304
2013 год:
0102030405
2012 год:
010203
2011 год:
010203040506
2010 год:
0102030405
2009 год:
010203040506
2008 год:
010203040506
2007 год:
010203040506
2006 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2005 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2004 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06

  Укра?нськ_ 100x100

  Укра?нськ_ 100x100

Наши партнеры






META-Ukraine
Украинский портАл


 

Designed by Vladimir Philippov, 2005