Всеукраинский общественно-политический журнал
О журнале
Подписка
Рекламодателям
Контакты

Последний номер

Netexchange.ru

Ukrainian banner network

     ИМЕННАЯ ИСТОРИЯ     

Спасение, пришедшее с Небес

Маршалы и генералы, офицеры и солдаты в период военных испытаний носили с собой под сердцем ладанки со святыней, нательные кресты, иконки, которые не один раз как броня отводили от них костлявую руку смерти. Сколько эпизодов, поистине фантастических, приведено о Божественном спасении жизней наших воинов, партизан, мирных жителей в годы войны!
Ярким примером служит явление в огненном столпе Самой Божией Матери митрополиту гор Ливанских (Антиохийский Патриархат) Илие в начале войны. Она объявила, что он истинный молитвенник и друг России, избран для того, чтобы передать извещение Божие для всего народа. Если все, что предсказано, не будет выполнено, СССР погибнет. Должны быть открыты во всей стране храмы, монастыри, духовные академии и семинарии. Священники должны быть возвращены с фронтов и из тюрем, должны начать служить…
Владыка немедленно связался с представителями Русской Православной Церкви, органами власти и передал им все, что было ему открыто. Все, что передано было Илией в письмах и телеграммах, было исполнено!
Неустанные молитвы, образ чудотворной Казанской иконы Божией Матери (крестный ход с нею вокруг Ленинграда, затем с Ее иконой облетели вокруг Москвы на самолете, - прим. авт.) помогли военным отбросить врага. Никто из гитлеровских генералов так и не понял, что же случилось на самом деле.
Потом был Сталинград. Там перед Казанской иконой шла непрестанная служба – молебны и поминовения погибших воинов. Икона была среди наших войск на правом берегу Волги. Немцы так и не смогли перейти реку, несмотря на все их усилия. Был момент, когда защитники города остались на маленьком пятачке у реки, но с ними была Казанская икона, и они стояли насмерть.
Так было возвещено в годы войны народу, которому коричневая чума готовила уничтожение и рабство: «Если бы не Господь был с нами… то живых они поглотили бы нас… (Пс. 123, 2-3). Все годы фашистского нашествия стояла та самая чудотворная Казанская икона Божией Матери. Откровение, ниспосланное свыше митрополиту Илие, – это чудо о спасении человечества, стало величайшим из чудес ХХ века.
После Сталинграда пришел конец и «Безбожной пятилетке». Но закончилась она не истреблением православия, как того хотели большевики, а его возрождением. 20 тысяч храмов было открыто в то время. Священнослужителей выпускали из тюрем и лагерей. Страна молилась. Молился даже Сталин (об этом есть свидетельства). И именно Божией Матери.
Бывший царский офицер, а затем маршал СССР Б.М. Шапошников часами беседовал с Верховным Главнокомандующим, не скрывая своих религиозных убеждений. Как вспоминала его супруга Мария Васильевна: Сталин знал, что Борис Михайлович – человек глубоко верующий, знал Иосиф Виссарионович также и о том, что Шапошников никогда не снимал старинной нательной ладанки с очень древней казацкой иконкой, которой было почти 200 лет. Она передавалась в семье Шапошниковых, которые вели свой род от донских казаков, из поколения в поколение – от отца к сыну. Борису Михайловичу ее вручила мать. Кроме ладанки с образом, он носил еще старый фамильный крест работы Фаберже.
Все советы Шапошникова в беседах со Сталиным, в том числе совет одеть войска в старую форму царской армии с погонами, были приняты. Солдаты стали открыто молиться перед боем.
Многие командиры, да и сам маршал Г.К. Жуков, напутствовали бойцов: «С Богом!» И это были не просто слова. Когда осенью 1943 года был освобожден Киев, Г.К. Жуков побывал в городе как представитель Ставки Верховного Главнокомандования. После всех совещаний и встреч он попросил найти священников, оставшихся в городе. Их пригласили в одну из церквей в Софиевском соборе. По просьбе Георгия Константиновича отслужили молебен о здравии наших солдат и командиров в честь очередной победы над врагом под Киевом. По словам священника, участвовавшего в той необычной службе, Жуков весь молебен простоял на коленях, крестился и иногда повторял слова молитвы.
В жизни известного советского военачальника, маршала Александра Михайловича Василевского был один эпизод, который свидетельствует о чудодейственной силе молитв его родного отца.
А.М. Василевский был сыном священника. Еще до войны, в один из переломных моментов своей жизненной судьбы, он, под давлением извне, прекратил всякие отношения с отцом – служителем Русской Православной Церкви. Но мало кто знает, сколько душевных мук перенес от этого разрыва Александр Михайлович, сколько раз ему советовали сменить фамилию, отказаться от отца полностью. На это он не пошел. И вот тогда Василевский-старший – Михаил Александрович, деревенский священник, умудренный житейским опытом, исполненный христианского смирения и незлобия, видя мучения и колебания сына, сам настоял на разрыве. «Не мучайся ты так, Саша, – тепло сказал он, перекрестив сына. – Понимаю, время ныне такое, многих сильных людей смололо. Кто в гордыне смерть нашел, кто погряз в скверне. И я ведь грешный… Но все от Бога, все от Спасителя, – надеюсь отмолить и твой грех, и своих ближних грехи. Будь честен в служении людям, но не себе…»
И Бог услышал отцовские молитвы. Вот как описал реакцию И.В. Сталина на попытку А.М. Василевского отказаться от связей с родным отцом сам маршал в своих мемуарах «Дело всей жизни»:
«Зимой 1940 года после одного довольно затянувшегося заседания Полит­бюро ЦК ВКП(б) И.В. Сталин пригласил всех его участников отобедать у него на квартире, находившейся этажом ниже его кабинета в Кремле. На заседании по докладу начальника Генерального штаба был принят ряд оперативных и довольно срочных решений. Б.М. Шапошников дал мне указание немедленно отправиться в Генштаб, отдать там все распоряжения, связанные с этими решениями. Минут через 45 после того, как я прибыл в Ген­штаб, мне позвонил А.Н. Поскребышев и сообщил, что меня ждут в Кремле к обеду. Быстро закончив дела, я через несколько минут уже сидел рядом с Борисом Михайловичем за обеденным столом. Один из очередных тостов И.В. Сталин предложил за мое здоровье, и вслед за этим он задал мне неожиданный вопрос: почему по окончании семинарии я «не пошел в попы»? Я, несколько смутившись, ответил, что ни я, ни один из его четырех сыновей не стал священником. На это Сталин, улыбаясь в усы, заметил:
- Так, так. Вы не имели такого желания. Понятно. А вот мы с Микояном хотели пойти в попы, но нас почему-то не взяли. Почему, не поймем до сих пор.
Беседа на этом не кончилась.
- Скажите, пожалуйста, – продолжил он, – почему вы, да и ваши братья, совершенно не помогаете материально отцу? Насколько мне известно, один ваш брат – врач, другой – агроном, третий – командир, летчик и обеспеченный человек. Я думаю, что все вы могли бы помогать родителям, тогда бы старик не сейчас, а давным-давно бросил бы свою церковь. Она была нужна ему, чтобы как-то существовать.
Я ответил, что с 1926 года я порвал всякую связь с родителями. И если бы я поступил иначе, то, по-видимому, не только не состоял бы в рядах нашей партии, но едва ли бы служил в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии и, тем более, в системе Генерального штаба. В подтверждение я привел следующий факт.
За несколько недель до этого впервые за многие годы я получил письмо от отца. (Во всех служебных анкетах, заполняемых мною до этого, указывалось, что я связи с родителями не имею). Я немедленно доложил о письме секретарю своей партийной организации, который потребовал от меня, чтобы впредь я сохранял во взаимоотношениях с родителями прежний порядок.
Сталина и членов Политбюро, присутствовавших на обеде, этот факт удивил. Сталин сказал, чтобы я немедленно установил с родителями связь, оказывал бы им систематическую материальную помощь и сообщил бы об этом разрешении в парторганизацию Генштаба».
Отец Василевского воспринял возобновление отношений с сыном как Божью милость.
«Услышал, значит, Бог мои молитвы, – писал он в письме к сыну. – Видно, не совсем мы, Василевские, пропащие люди. За то, что не забыл отца, тебе воздастся. Служи честно и помни – стоишь на защите Отечества, и это твое главное дело…»
И ведь воздалось! Все свои победы, успехи, достижения он связывал и с тем простым отцовским напутствием. Александр Михайлович так и не успел стать воцерковленным человеком, но молебны и явления икон Богоматери под Сталинградом, Курском, в Крыму, под Кенигсбергом воспринимал, как истинно православный христианин. О том есть множество свидетельств его адъютантов и сослуживцев, а также донесений контрразведчиков в высшие инстанции по поводу не всегда понятных отношений маршала Василевского с прибывающими на фронт служителями Русской Православной Церкви. Венцом этих отношений стал организованный 19 сентября 1945 года торжественный молебен в кафедральном соборе только что освобожденного от японцев города Харбина, ставшего островком православия на китайской земле.
Вот еще один из примеров спасения, пришедшего с Небес, – история, которую описал в своей книге воспоминаний «Новые страницы повести о переплетении судеб людских» митрополит Никодим, поэт и публицист, с 1989 по 2011 гг. – митрополит Харьковский и Богодуховский. На момент смерти был старейшим как по хиротонии, так и по возрасту епископом Русской Православной Церкви.
«…В 1946 году я поспешил к Владыке Феодосию. В своих резиновых сапогах, носки которых смотрели в одну, левую сторону, я прошел 45 километров и оказался в Черновцах. После приема у Владыки Феодосия я случайно забрел на улицу Русскую. А там тогда располагался базар, на котором с рук продавали всякую всячину: продукты, одежду, обувь. Обувь у торговцев была старая, ношенная-переношенная. Я уже было собирался уходить с базара не солоно хлебавши, как вдруг увидел молодого, упитанного, хорошо одетого мужчину, который держал в руках совершенно новый, добротно пошитый сапог. Я подошел к продавцу и примерил сапог. Он оказался мне впору. Я хотел сразу же купить понравившуюся мне обувь. Но продавец сказал, что в руках у него образец, и предложил мне пройти вместе с ним в мастерскую, где я смогу заказать точно такие же сапоги. Пока мы вели этот разговор, к нам подошел человек в милицейской форме, с револьвером на боку. Ему тоже понравилась обувь, и он сказал продавцу, что пойдет вместе со мной заказывать себе сапоги. Вместо того, чтобы обрадоваться новому заказчику, продавец как-то странно посмотрел на него. Но мы не придали этому значения.
Втроем мы отправились в путь. Мастерская размещалась в одной комнате. На табуретке у окна сидел, склонившись над работой, сапожник в кожаном фартуке. Рядом с ним стояли три молодых человека. Так же, как и наш провожатый, они были хорошо одеты, на ногах у них красовались лаковые ботинки. Наш провожатый, продавец с базара, отвел их в угол; они о чем-то пошептались, а потом один из них сказал нам с милиционером: «К сожалению, одну партию сапог мы уже продали, а на другую у нас пока нет кожи. Заходите к нам через две-три недели».
Немного погоревав, мы с милиционером вышли из мастерской и распрощались. Мои дальнейшие дни проходили в богослужениях и в непрестанных пастырских заботах. Ходил я по-прежнему в двух правых резиновых сапогах, а отправиться в сапожную мастерскую в Черновцы все было как-то недосуг. А через некоторое время мне попалась наша областная газета. На одной из ее страниц сразу же бросалась в глаза статья с выделенным жирным шрифтом заголовком: «Сапожники – человекоубийцы».
В статье рассказывалось о том, что черновицкие бандиты посылали одного из членов банды с образцами обуви на базар. Он заманивал по одному будущих жертв в мастерскую. Заказчика разували и усаживали на табуретку. И в тот момент, когда его внимание было полностью сосредоточено на сапожнике, который снимал мерку, сзади бесшумно подходил бандит и обрушивал страшный удар молотка на затылок ничего не подозревавшей жертвы.
А потом приступали к работе «мясники» и «повара». Первые отделяли мясо от костей, вторые – прокручивали его через мясорубку, добавляли специи и готовили пряно пахнущие колбасы, которые мгновенно реализовывались на рынке. Когда убийц арестовали, в подвале мастерской нашли десять человеческих скелетов, которые они не успели вывезти за город и спрятать. Но Милосердному Господу было угодно сохранить мне жизнь. В последнюю минуту, когда я уже направился в мастерскую, Господь расстроил злодейский замысел бандитов и промыслительно направил ко мне вооруженного милиционера. Увидев вместо одной жертвы двух человек, да к тому же одного из них в милицейской форме и вооруженного, бандиты не решились сделать свое черное дело. Читая газету, я вспомнил бесчеловечно жестокие лица «сапожников» и содрогнулся. С тех пор я никогда не покупал на базарах ни колбас, ни котлет, как бы вкусно они ни выглядели и ни пахли».
До последнего дня митрополит коленопреклонно благодарил Милостивого Господа, Который сохранил ему жизнь.
Примеров чудесных спасений и помощи с Небес можно приводить бесчисленное количество. Кто-то придал этому особое значение, кто-то посчитал это счастливым стечением обстоятельств, везением, – как говорят – родился в рубашке.
Лично я считаю, что, воздавая благодарную хвалу Богу за множество Его благодеяний человечеству, я хотел бы предостеречь тех, кто будет читать эту статью, от поспешного и ошибочного суждения о том, что в мирской жизни все происходило и происходит по воле случая. Запомните: без воли Божией ни один волос не упадет с головы человека. Эти слова Святого Евангелия от Луки (Лк. 12,7) свидетельствуют о неустанном попечении Господа о человеке.
И что бы ни случилось с вами, мои дорогие, знайте, что все это совершается по воле Божией, и что Господь никогда не забывает тех, кто живет по Его Святым Заповедям. Господу известна и мера наших радостей, и мера нашего горя и страданий, в нужную минуту он придет на помощь Сам или отправит Святых Божиих угодников.

Евгений Горбуров.

 
Обложка журнала №069
Архив предыдущих номеров
2017 год:
01020304
2016 год:
010203040506
2015 год:
0102030405
2014 год:
01020304
2013 год:
0102030405
2012 год:
010203
2011 год:
010203040506
2010 год:
0102030405
2009 год:
010203040506
2008 год:
010203040506
2007 год:
010203040506
2006 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2005 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06
2004 год:
01 02 • 03 • 04 • 05 • 06

  Укра?нськ_ 100x100

  Укра?нськ_ 100x100

Наши партнеры






META-Ukraine
Украинский портАл


 

Designed by Vladimir Philippov, 2005